Сергей Калугинъ (kalugin) wrote,
Сергей Калугинъ
kalugin

Гуляя средь развалин Карфагена...


 Изучил мнения оппонентов. Возмущены, главным образом, журналисты. Главное, что вызвало их возмущение - это то, как я выставил подлецом их друга, славного юношу А. Горбачёва. Говорят, что он прекрасный молодой журналист, занимающийся по жизни именно тем, к чему я и призывал журналистскую братию, - пропагандой в журнале "Афиша" (да, с этим я тоже облажался - ввело в заблуждение упоминание журнала на сайте со статьёй; на самом деле статья была в каком-то другом журнале) хорошей и глубокой западной и отечественной музыки. А я, стало быть, не разобравшись, застрелил мальчика. Хорошо. Пусть так. Но возникает вопрос: что делал этот ваш мальчик ночью в расположении ракетной части? И зачем он поджег стену топливного склада? Говорят, просто играл. Ни хрена себе игры. 
  Для журналистов очевидно, что в статье Гобачёва написано всего лишь: "Да ладно, ребята. Фиг с ним, с радио. Есть классные ресурсы в и-нете - туда ходите". А я, стало быть, получаюсь просто параноик. Замечательно. Стало быть, параноики и те люди, что задолго до публикации моего ответа расценили статью как грубую заказуху. И, разумеется, те, кто согласился со мной пост-фактум. С тем, что я параноик, я мог бы согласиться. Но я  не согласен, что параноики все те, кто меня поддержал. В данном случае общественное мнение вещь достаточно весомая.  И я спрашиваю: пусть ваш Саша не хотел ничего плохого. Но до какой же степени благодушного раздолбайства нужно дойти, чтобы не видеть, ЧТО вылезло у тебя из-под пера?  До какой степени замкнутый профессиональный жаргон следует создать, чтобы суть увидели только коллеги, а куча народу вычитали в тексте прямо противоположное? Вы, ребята, для кого пишете вообще? Друг для друга?  
    Десятки людей во время дискуссии высказывали именно ту мысль, которую вроде как хотел донести АГ – что плевать на радио, нужно опираться на Интернет. Ни один из них не вызвал у меня желания наброситься на него и грубо надругаться, потому что мысль верна. В какой же форме нужно было подать эту мысль, чтобы вызвать у меня такую тевтонскую ярость?
 
  
Понимаете, мне всё равно, какими были  стремления АГ в момент написания статьи. Я имею дело с результатом. Это как если бы некий мирный сельский художник выбрал в качестве пленэра Бородинское поле перед битвой. И набросал этюдик, на котором отлично видны расположения полков и укреплений одной из сторон. А возвращаясь домой, подарил - из лучших побуждений - этот этюд встреченному по дороге офицеру другой стороны. Последствия такого действия, вне зависимости от побуждений художника, будут настолько же сокрушительны, как последствия действий профессионального шпиона. Я поймал этого художника и расстрелял без суда и следствия.  И не сильно переживаю, знаете. Получается, что наш художник поплатился не за профессиональную шпионскую подлость, в которой я его заподозрил, а за преступное легкомыслие. Это меняет моё отношение к человеку, но не к написанному им. В результате статьи АГ большое количество его читателей при упоминании фамилии «Арефьева» будет припоминать: «А, это та дурочка, что на НР набросилась?» Худшего не смог бы добиться профессиональный пасквилянт из желтой прессы.
      Многих взъярил мой пассаж про щупальце на желудке. Признаю: сказано очень резко. Но задумайтесь на секунду – насколько оскорбительно мне, музыканту, было прочитать предложение положить руку на СЕРДЦЕ (орган, которым я работаю) – и согласиться с тем, что от появления серьёзных художников на радио (то есть в доступе для всех людей, а не только 5 процентов пассионариев, способных искать и находить нужную им музыку) НИКОМУ не станет лучше. Если появление Олди и Ольги на радио никому ничего не принесёт, то уж наше – подавно. И согласиться с АГ для меня означает признать, что вся наша  деятельность – бессмысленна. И наше место – у параши, и это нормально. И жить нам в гетто, и это правильно.
.
 Я очень люблю разочаровываться в людях в лучшую сторону. И готов принести, и приношу сейчас, и готов это сделать лично, журналисту Горбачёву глубокие извинения за то, что выставил его сознательным подлецом. Я рад узнать, что это не так.  Я желаю ему всяческих успехов в его просветительской миссии. Но сути сказанного мной о его статье это не меняет. Статья, увы, получилась подлая и угодническая,  и работать она будет с людским сознанием именно так, как я и разложил. Подвела ли журналиста барственная интонация, или он, не осознав, пропустил сквозь себя, как медиум, угодный апологетам формата информационный поток, я не знаю да и знать не хочу. Вышла дрянь. И увидеть это должен был сам автор, прежде чем предать текст публикации. Может быть,  вся эта история как-то поспособствует тому, что хоть нормальные журналисты будут ответственнее подходить к написанному ими и в чувство придут, что ли. Том Вэйтс далеко, и его боль далеко. И ему от слов наших журналистов не тепло и не холодно. Но взявшийся рассуждать о положении дел в отчизне должен осознавать, что он вмешивается в реальную войну, реальную боль, реальную гибель людей, не идущих на поводу у века сего.  
   Кстати, ежели кто надумает, как это у подлой части журналистов водится, трактовать написанное мной как: «А-а-а! Задрожал! Заизвинялся! Обосрался, что  про него писать будут!» - сделайте милость, пройдите на хуй.  О нас пишут те, кто не может не написать. А кто может – слава Богу, если не напишет.
 Забавно видеть, как сторонники нынешнего «свободного» миропорядка и одураченные ими люди продолжают талдычить «бесспорный аргумент»: «Открывайте своё радио!». Никак им не верится, что этот аргумент, столько лет безукоризненно им служивший, больше не работает. Как же так?  Не может быть!
  Может, ребята, может. Ещё раз демонстрирую его слабое место.  Так вот: радио вам открыть? Шиш вам с маслом, а не радио. Не буду я ничего открывать и знаете, почему? Потому, что я буду писать музыку, репетировать, записывать пластинки и давать концерты. И коллеги мои будут делать то же самое. А слушатели  будут лечить, строить, писать программы и пр. – заниматься тем, чему их учили и что они умеют. Радио же открывать – дело тех, кто избрал это своей профессией. Вот пусть они и стараются – ищут деньги, спонсоров, чёрта лысого. Меня не волнует, как они добьются результата. Потому что никого не волнует, где я найду деньги и силы на инструменты и запись. Важен сам результат. И всё, что я утверждал, это то, что в своём выборе что крутить  радийщики должны руководствоваться не рейтингами и финансовой выгодой, а личным чувством прекрасного. Кто руководствуется не личным вкусом, а чужим – предатель, повторяю это чётко. Предатель по отношению к собственному сердцу, вкусу, профессии, образованию, интеллекту – и, в конце концов, Тому, Кто тебя этим всем одарил. Где ты найдешь деньги на то, чтобы реализовать себя и своё видение  – твоя проблема. На что ты будешь жить – твоя проблема.
      Мне говорят: «мы уважаем слушателей и ставим то, что они хотят». Но если врач будет лечить людей не тем лекарством, которое, как он профессионально знает, может им помочь, а тем, которое они хотят, это будет не врач, а убийца. Если бы я в выборе своего репертуара руководствовался рейтингами и набирал из слушателей фокус группы – дело бы кончилось тем, что я бы запел «Мурку».
     Надо понимать, что я гноблю таким образом не только и даже не столько НР, сколько весь наш ФМ диапазон. «Русским радио» заведуют интеллектуалы, и «Шансоном» - тоже. Радийщики поставили себя вне морали и оправдывают это тем, что не нарушают закон. Дикий закон дикого общества они действительно не нарушают.  Они просто втаптывают национальный дух в грязь, и всё. За неплохую зарплату. И это не мешает им мирно отмечать Рождество в кругу семьи.
  
 Многие радостно пытаются меня укусить, говоря: «Это Калугин тявкает, потому что его не крутят. Крутили бы – молчал бы». Знаете, это проверить можно только одним способом – начать крутить. Мне самому интересно, что бы получилось. Но, зная себя, думаю – вряд ли. Слишком я человек … колючий. И захочу, может, заткнуться – а не выйдет.
 
 Да, вот ещё мысль, на которую нельзя не ответить. Говорят: «Дрянь ваша русская музыка. Никто не умеет ни играть, ни петь.  И так ей и надо, раз она такая бездарная. И никакие ротации её не спасут». Это мнение большого количества музыкальных снобов, и ответить им можно вот что:
   -  Да, вы правы. Не умеют. Но вы задумайтесь – почему. Сейчас, конечно, поздновато пить «Боржоми», но лучше поздно, чем никогда. Зачем нужны ротации? Для денег, ребята. А зачем нужны деньги? Чтобы учиться играть, ребята. Не поняли? Объясню. Вот наш басист на басистском форуме ввязался в спор: как сделать у баса звук, как у Фли из РХЧП. И ребята спорят: «Нужна примочка за 300 баксов!», «Нет, за 500 – я купил, и у меня звук стопудово как у Фли!». Наш Тёма говорит: «Ребза, не так. Во-первых, нужен нормальный бас – «Алембик», там. Это 5000 баксов. Потом нужен басовый стек. SWR, там, хотя бы. Это ещё тыщ 7. И ещё нужен гитарный стек, ну хоть «Маршалл», там, худо-бедно. Это ещё минимум пятёра. И вот включаешь ты их параллельно, и через басовый стек у тебя идёт чистый звук, а через гитарный – подгруженный. И вот так делается звук «как у Фли». Цена вопроса –  семнашка Грина. Всего-то». Никто ДАЖЕ НЕ ПОНЯЛ, о чём это Тёма говорит. А в штатах и бритишах на такой упаковке НАЧИНАЮТ студенческие группы. У нас ПТУ и Дома Творчества таким аппаратом, как в Голландии, не упаковывают. И  если не будет ротаций, не будет музыкального процесса, живого отклика публики и, как следствие, живых денег, то наши группы никогда не достигнут необходимого профессионального уровня. Всё еще неясно? Думаете, научиться играть можно на любых дровах? НЕЛЬЗЯ. Мне 40 лет, из них я 29 занимаюсь музыкой – НЕЛЬЗЯ. Потому что играя на дровах,  ты НЕ СЛЫШИШЬ СВОЕЙ ЛАЖИ, и значит – вообще не понимаешь, где ты и на каком ты свете. Дрова  – неуправляемы. Они только гадят в уши и всё. И приходят ребята на студию, где нормальный аппарат,  и вообще не понимают, что им делать. Пытаются играть – звучит фиг знает что.  Дома вроде всё получалось, а тут – лажа чудовищная.  А деньги капают. И в ужасе бегут они домой и пишутся «на коленке» через карту в дурацкий РС. И потом вы, уважаемые снобы, сравниваете последний диск «Айрон Мейден» с бюджетом в пол-лимона баксов и то, что назаписали наши несчастные идиоты с «примочкой как у Фли», и приходите к выводу, что дрянь у нас в стране музыка. А откуда ей быть другой, а?  У меня нет никаких лишних сантиментов по отношению к этим группам. Те из них, кто не понял, не смог, развалился, не нашел денег, записал отстой – сами виноваты. Как я уже говорил – важен результат. Я не считаю, что за травой нужно следить и ухаживать – пусть растёт, как может. Но справедливости ради нужно признать: если этот луг ежемесячно асфальтировать как это делает наше радио- и телевещание, то васильками нам не любоваться. И колокольчиками подавно.
Да, вот ещё что. Там тётка одна, звать Немзер, в «Эксперте»    (http://www.expert.ru/articles/2007/02/07/arefeva/) ещё большую фигню написала, чем, мягко говоря, неудачный опус Горбачёва. Я, было, хотел впрячься кости мыть, а потом подумал, что, во-первых, по настоящему устал, а во вторых - ну, что это за война получается. То проходившего мимо мальчика из хорошей семьи слоном затоптал, теперь бабу рубить собрался…. Короче,  главная мысль ее  в том, что кто поумнее – на Западе устроился и в кеглю не дует, и все ротации в отчизне ему по барабану, а кто не смог – тот лох и лузер, и ему ничего не остаётся, как на радиостанции с тоски гавкать. Такая вот  мысль. В общем, ответить на это можно одно: …..    Нет, так дамам не отвечают. Лучше так: «Милостивая государыня, позвольте с Вами не согласиться». Да, так лучше.
  
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 253 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →